Как только я сажусь рисовать, из воздуха тут же материализуется существо, без которого и кисти в руках не удержать и вдохновения не будет, и вообще, в глазах туман, на сердце мрак.
Иногда... да ладно, зачем это лицемерное замалчивание, всегда помощник считает, что сюжет, выбранный мной, говно и, что нет ничего приятнее глазу, полезнее для кармы и здоровее для тела, чем его, помощника, светлый лик.
Спустя какое-то время мы приходим к подобию компросисса
И про прокрастинацию. Усаживание за рисование предворяется обычно множеством неотложных дел. "Так, надо эти две чашки сполоснуть!", "Налью-ка я себе вина!", "Ой, кошка пришла мне помогать, какая прелесть! Надо ее сфотографировать и обязательно об этом написать!", "Ух ты, какой сильный дождь за окном!"
Иногда... да ладно, зачем это лицемерное замалчивание, всегда помощник считает, что сюжет, выбранный мной, говно и, что нет ничего приятнее глазу, полезнее для кармы и здоровее для тела, чем его, помощника, светлый лик.
Спустя какое-то время мы приходим к подобию компросисса
И про прокрастинацию. Усаживание за рисование предворяется обычно множеством неотложных дел. "Так, надо эти две чашки сполоснуть!", "Налью-ка я себе вина!", "Ой, кошка пришла мне помогать, какая прелесть! Надо ее сфотографировать и обязательно об этом написать!", "Ух ты, какой сильный дождь за окном!"
No comments:
Post a Comment